Только что возникла тема, которая меня заинтересовала: ты знаешь, что есть 24-летний человек, который зарабатывает большие деньги, не покупая акции Nvidia?

Это история бывшего исследователя OpenAI по имени Леопольд Ашенбреннер. Стратегия фонда, который он создал, действительно очень интересна. Он не покупает Nvidia и OpenAI. Вместо этого он инвестирует только в физические узкие места, необходимые для работы ИИ, такие как электроэнергия, производство чипов и дата-центры.

Говорят, что за два месяца он получил 61% прибыли. Основными факторами стали две акции. Компания Bloom Energy, производитель топливных элементов, выросла с начала года на 239%. Он вложил в акции и опционы этой компании 8,75 миллиарда долларов в конце прошлого года, а сейчас их стоимость почти достигла 30 миллиардов долларов. И Intel. Когда цена была 20 долларов, он купил 20 миллионов колл-опционов. На прошлой неделе цена поднялась до 113 долларов, и за менее чем год их стоимость увеличилась почти в 5 раз.

Причина этого успеха, на самом деле, не может быть полностью объяснена только публичной информацией о портфеле. Медиа, такие как Моторийфулл, публикуют каждый день несколько статей с анализом его акций, а на Reddit ведутся обсуждения о том, стоит ли ему копировать его стратегию. Но даже просмотр отчётов о позициях с задержкой в 45 дней показывает, что рынок уже наполовину отреагировал.

Настоящее важное — это не это. Важна причина, почему он постоянно делает правильные ставки, источник его успеха. Посмотрев на его сеть контактов, всё становится очевидным. В LP его фонда входят два основателя Stripe и Нат Фридман, менеджер по продуктам Meta AI. Эти люди ежедневно участвуют в принятии решений о крупных закупках электроэнергии и расширении дата-центров.

Кроме того, исследовательский директор — Карл Шулман, ветеран в области ИИ, работавший в хедж-фонде Питера Тиля Clarium Capital. Он отвечает за преобразование знаний об ИИ в реализуемые торговые стратегии.

Интересно, что он также инвестирует в компании по майнингу биткоинов, такие как CleanSpark и Bitfarms. Эти компании превращают свои майнинговые фермы в центры вычислений для ИИ. Майнинговые фермы обладают крупными системами электроснабжения и охлаждения, что делает их очень ценными для дата-центров ИИ. Кстати, он работал в Future Fund СБФ в течение 9 месяцев в 2022 году.

Еще один важный момент — его невеста является главным помощником CEO Anthropic Дарьо. Он работал в OpenAI и имеет глубокие связи с Anthropic. Он один из немногих, кто имеет связи с двумя гигантами в разработке AGI.

Это, я думаю, и есть его сильная сторона. Его опубликованные статьи о ИИ основаны на внутренней информации из OpenAI. Его утверждение, что узкое место ИИ — это не алгоритмы, а электроэнергия и вычислительные мощности, основано на дорожной карте внутри исследовательского института. Поскольку ключевые игроки отрасли становятся его LP, информация, которую он получает, становится всё более концентрированной. Чем больше информации сосредоточено, тем точнее его инвестиционные решения. Это положительная обратная связь, и вход для внешних участников становится всё сложнее.

Но есть и уязвимости. Его позиции очень концентрированы, и он использует значительный кредитный рычаг. Пока предположение о «непрерывном расширении инфраструктуры ИИ» остается верным, всё будет идти гладко. Но если темпы разработки ИИ замедлятся или технологические инновации позволят обойти энергетические узкие места, то сокращение концентрации позиций произойдет гораздо быстрее, чем их построение.

В конечном итоге, его инвестиционная логика публична, и портфель можно просмотреть. Но его решения, его знания и источник информации — воспроизвести невозможно. Я считаю, что это и есть самая большая асимметрия с современными последствиями.